Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Лукашенко снова взялся наводить порядок в финансах одной из сфер. Требует, чтобы «родных и любовниц содержали за свои деньги»
  2. ISW: Россия придерживает ракеты для новых массированных ударов по Украине, в то время как Китай заключает крупные контракты с Киевом
  3. В измене государству обвинили трех минчан, которые проводили социсследования
  4. В сюжете госканала у политзаключенного была странная бирка на плече. Узнали, что это и для чего
  5. Помните школьницу из Кобрина, победа которой на олимпиаде по немецкому возмутила некоторых беларусов? Узнали, что было дальше
  6. Червенская резня. Как двухтысячную колонну узников убивали во время пешего марша из Минска — трагедия, которую пытались скрыть в СССР
  7. В Минске повышают стоимость проезда в городском общественном транспорте
  8. Высокие чины тайно договаривались, как «удержать» цену на дорогой товар. Не вышло, Беларусь потеряла сотни миллионов долларов — рассказываем
  9. В закон внесли изменения. Теперь призывников, которые не явятся в военкомат, ждет более суровое наказание — рассказываем
  10. В Брестском районе взорвался боеприпас. Погиб подросток
  11. МВД изменило порядок сдачи экзаменов на водительские права. Что нового?
  12. Чем может обернуться торговая война США против всего мира? Вообще-то такое уже было — рассказываем, насколько плохо все кончилось тогда


По результатам 2021 года, в Беларуси количество научных сотрудников составило 17 тысяч человек, меньше в истории нашей страны было только в далеком 1968 году, когда у власти находился Леонид Брежнев. Об этом написал политолог Андрей Казакевич в тексте для проекта «Банк идей».

Фото: TUT.BY

Это исторический минимум за последние более чем 50 лет — подчеркивает исследователь. По его словам, по статистике на момент распада Советского Союза, научных сотрудников в БССР было 59 тысяч, то есть в три раза больше, чем сейчас. Если взять средний показатель по 1980-м, то научными исследованиями были заняты 43 тысячи человек, то есть более чем в два раза больше, чем сейчас. То же самое можно сказать об инфраструктуре, числе научных направлений, финансовых расходах и вкладе науки в ВВП. Например, в позднем БССР такой вклад составлял около 2% ВВП, в 2021 году 0,5% — меньше в четыре раза.

Можно сказать, что от советского периода сохранилось в лучшем случае половина, а скорее всего, треть от потенциала и направлений, поэтому следует говорить даже не о стагнации, а об упадке всего сектора по большинству направлений. Попытки изменить эти тенденции имели некоторый успех только в 2005–2009 годах, когда число занятых в секторе росло в среднем на 3,8% в год, но восстановление быстро сменилось новым глубоким спадом, — отмечает Казакевич.

Также постоянно сокращался и спрос на продукцию белорусских исследователей, а сам сектор не смог эффективно встроиться в национальную и мировую экономику.

В отличие от Беларуси, в других странах число людей, занятых в этой сфере, постоянно росло. Например, с 2013 по 2019 год в ЕС их количество выросло с 3,6 до 4,4 млн, то есть приблизительно на 22,2%. В Германии — на 21%. Даже в стагнирующей Японии на 6,3%.

Рост был и на посткоммунистическом пространстве. В Литве рост составил 8,3%, в Латвии 16,8%. В Польше число занятых почти удвоилось, увеличившись на 85%. Из всех стран ЕС, которые приходилось анализировать, падение занятости в секторе было только в Финляндии, но там это можно объяснить высокой базой (76 тысяч на 5 млн, в Беларуси 27 тысяч на 9 млн).